Падение Бастилии

День взятия Бастилии традиционно вызывает улыбку на лицах российской интеллигенции. Этот памятный для французов день для россиян стал синонимом бессмысленного и бесполезного праздника, в который «не грех выпить». Мы достаточно легкомысленно относимся к этой, в общем-то, знаменательной дате, ставшей переломной не только в истории Франции, но и предопределившей судьбы многих народов и государств. События, связанные с захватом Бастилии, можно считать тем моментом, когда парижская толпа, истерия в которой искусственно нагнеталась различными пропагандистами-провокаторами, перешла к открытому вооруженному бунту. В результате Франция была почти на сто лет повергнута в бесконечную череду революций, мятежей и переворотов, завершившуюся в 1871 году кровавым разгромом Парижской коммуны.

События, произошедшие 14 июля 1789 года в районе Бастилии, практически сразу же начали обрастать легендами и выдумками. В результате большинство обывателей имеют очень далекое представление о том, что же произошло в этот день в Париже. События же, развивались следующим образом. В середине июня 1789 года наиболее агрессивная часть Генеральных Штатов провозгласила себя Национальным собранием. При этом депутаты заявили о своем намерении выработать для страны конституцию. В ответ на это крайне революционное заявление, король Людовик XVI предпринял безуспешную попытку разогнать это собрание, одновременно стягивая к Версалю верные ему войска. Ситуация в армии, однако, была таковой, что верность королю была скорее декларируемой, чем действительно объективной. Высший офицерский состав выдавал желаемое за действительное, уверяя короля в лояльности своих солдат. На уровне низших чинов в войсках царила полная деморализация и разброд. Так, например, 13 июля полк «Французской гвардии» отказался подчиняться своим офицерам и практически в полном составе (больше 3 тысяч человек) с ружьями и артиллерией перешел под власть Национального собрания.

Тем не менее, в головы большинства парижан и депутатов, большинство из которых еще не было уверено в конъюнктуре и собственной безнаказанности, постоянно прибывающие в Версаль полки, вселяли смутную тревогу. Казалось вот один день и король отдаст приказ войскам занять Париж и воздать «всем сестрам по серьгам». Настроение было мрачное на грани истерии. На этом фоне один из активнейших «создателей революции», журналист Камилл Демулен призвал парижан «К оружию!». В лучших традициях жанра он указал черни направление, в котором она может выплеснуть терзающие ее одновременно страх и агрессию. Толпа направляется к Дому Инвалидов, который в то время выполнял функцию арсенала. Хотя в руки горожан попадает более 30 тысяч ружей, запасы пороха, отвезенные накануне в Бастилию, оказываются для них недоступными. Без пороха все захваченное оружие бесполезно. Толпа отправляется к Бастилии.

Взятие Бастилии

Следует подробно остановиться на описании того, что представляла собой Бастилия. Первоначально, Бастилия, или как ее называли в эпоху предшествующую Столетней войне «bastide ou bastille SaintAntoine», являлась одной из башен крепостной стены, окружающей город. В период Столетней войны к башне были пристроены дополнительные укрепления, и Бастилия приобрела очертания, остававшиеся неизменными на протяжении 400 лет – длинное массивное четырехугольное здание, обращенное одной стороной к городу, а другой к предместью, с 8 башнями, обширным внутренним двором, и окруженное широким и глубоким рвом, через который был перекинут висячий мост. Все это вместе было еще окружено стеной, имевшей одни только ворота со стороны Сент-Антуанского предместья. Каждая башня имела троякого рода помещения: в самом низу – темный и мрачный погреб, где содержались арестанты неспокойные, или пойманные при попытке к бегству; срок пребывания здесь зависел от коменданта Бастилии. Следующий этаж состоял из одной комнаты, с тройною дверью и окошком с 3-мя решетками. Кроме кровати в ней находился стол и два стула. В самом верху башни было еще одно помещение, служившее тоже местом наказания для узников. Дом коменданта и казармы солдат находились во втором, наружном дворе.

В умах людей сложился стереотип, что Бастилия представляла собой страшную и суровую тюрьму, узников которой намеревалась освободить восставшие парижане. На самом деле в конце XVIII века Бастилия представляла собой элитную тюрьму для избранных. Во всех камерах были окна, мебель, печки или камины для обогрева заключенных, которым разрешалось, например, читать и писать книги (как тут не вспомнишь печально известного маркиза де Сада). Многие из заключенных могли иметь слуг, которые обслуживали их. На момент взятия Бастилии в ней находились только семь заключенных, осужденных в связи с уголовными делами. Что примечательно, за несколько лет до памятных событий рассматривался проект о сносе Бастилии и создании на ее месте городской площади. Охранялся этот памятник архитектуры гарнизоном из 114 человек (82 ветерана-инвалида и 32 швейцарца-наемника), совсем не горевших желанием погибать «за царя и отечество». В распоряжении гарнизона было полтора десятка устаревших пушек, интерес к которым активно проявляли восставшие парижане.

Взятие Бастилии

14 июля вооруженная толпа окружила Бастилию, потребовав от ее коменданта дэ Лонэ сдачи крепости. Когда он ответил отказом, некоторые наиболее отчаянные и безрассудные предприняли попытки ворваться в крепость. Им удается разрубить топорами цепи разводного моста и проникнуть во второй наружный двор крепости, где располагались жилые помещения гарнизона. По всей видимости, пытаясь как-то защитить свое имущество, гарнизонные инвалиды открывают по нападающим огонь, завязывается вялая перестрелка. Объективно у нападающих (которые к тому же были не так уж и многочисленны – по оценкам историков их было не более тысячи, к тому же еще и плохо вооруженных) не было шансов взять штурмом Бастилию. Однако комендант крепости дэ Лонэ, получивший инструкцию не поддаваться на провокации и не стрелять в парижан, и, не имея ясности относительно своих дальнейших действий, не предпринял каких либо активных мер по разгону собравшейся вблизи крепости толпы. Не имея достаточно провианта для того, чтобы сидеть и просто ждать реакции со стороны короля и его советников, дэ Лонэ предпринял попытку взорвать имеющийся в крепости пороховой запас, но был остановлен своими подчиненными (которые не желали погибать за идею). Столкнувшись с неподчинением в среде защитников крепости, комендант склонился к мысли о передаче крепости под власть представителям Национального собрания, при условии сохранении ему и его подчиненным жизни. Сразу возникла проблема в том, чтобы найти представителей, которые могли бы дать ему эти гарантии.

Один из предводителей собравшейся у стен крепости толпы, офицер () Гюлен дал коменданту такие гарантии, пообещав сопроводить его в безопасное место. Однако, как только ворота крепости были открыты, внутрь ринулась разъяренная толпа, охваченная одновременной жаждой крови и наживы. Несмотря на тщетные попытки Гюлена хоть как-то спасти защитников крепости, толпа устроила над ними жестокую расправу. Некоторые были повешены, сам комендант крепости был моментально обезглавлен и его голову, наколотую на пику, чернь с хохотом и насмешками пронесла по всему Парижу. Все, что было более-менее ценное в крепости, было разграблено и унесено мародерами. Весьма ценный в историческом плане архив крепости был практически весь варварски уничтожен.

На следующий же день, оголтелыми пропагандистами было принято решение о сносе Бастилии, которая тут же была наречена «символом всесильности королевской власти». Работы по сносу крепости продолжались почти два года и закончились только в 1791 году. Однако национальным праздником для французов, день взятия Бастилии стал только в 1880 году, спустя сто лет после знаменательного события, когда память о подробностях происшедшего поистерлась, а сама история падения ставшей уже к тому времени легендарной крепости обросла многочисленными легендами. Поэтому празднуя и веселясь в этот летний день, французы редко вспоминают об отрубленных головах, повешенных офицерах и пьяных мародерах. Праздник независимости, однако.

Размещено в: Анналы

Оставить комментарий